Глушков О.В. (29 января 2011 - 20:15) писал:
Ознакомился со статьей Хурдушова и прочих аналитиков. С мнением не согласен. Судя по материалам которые я читал, ситуация обратная, как раз в 2010 произошел перелом в технологиях и добыча стала рентабельной (в значительной степени за счет низких ставок сервисных компаний), появились новые направления - сланцевая нефть. Возникли другие проблемы-экологические. Найду время - выложу материалы. Естественно обсуждается только рынок США и внутренне потребление, сланцевый газ в н.вр. это вопрос энергобаланса США и к мировым рынкам имеет незначительное отношение, осенью, насколько я помню, внутренние цены на натуральный газ пошли вниз (переполнены хранилища), сланцевый газ меняет структуру потребления ресурсов внутри США. Не считаю проекты на территории Европы конкурентоспособными при наличии значительного количества трубопроводов. Я считаю, что сланцевый газ сравнивать с натуральным некорректно.
Например:
http://seekingalpha....-and-china-lead
http://seekingalpha....ts-of-shale-gas
http://seekingalpha....ogy-and-profits
... На счет выдающихся американских технологических достижений, которые позволили … и т.д.
Основная проблема сланцевых месторождений, в прочем как и всех остальных плотных коллекторов (низкопроницаемых песчаников, известняков, угля) – низкие дебиты скважин. Для сравнения .Слабосцементированные пески Уренгойского месторождения – проницаемость первые числа Дарси, а сланцы – первые числа микроДарси, разница в 6 порядков. Начальные дебиты Уренгоя в основном были 3 млн.м
3/сут, некоторые давали и 6. А за время жизни сланцевой скважины 5-8 лет добыча 10 млн.м
3 считается уже рентабельной, то есть уренгойская скважина этот рентабельный объем выбирает за 2-3 дня, а стоимость скважины Уренгоя в три раза ниже сланцевой - минимум. Вот и соотношение, кстати, о себестоимости. В начале добычи себестоимость Уренгоя была $1,5 тыс.м
3, сейчас – порядка $10, сеноманский комплекс Ямала ожидают – $20 за тыс.м
3, но есть шансы что могут реально снизить до 10-15, сейчас обнаружили, что самые опасные грунты – в водоразделах, а там где реки – вполне пригодные условия, рек там много – строй УКПГ (цех по подготовке газа) возле реки и можно существенно снизить себестоимость. Катар (Северныйблок) – $17 тыс.м
3 , а вот сланцевый газ – не менее $200, хотя себестоимость сланцевого газа – это «вещь в себе». Разница в себестоимости по порядку величин. Подробнее про себестоимость ниже.
Здесь хотел бы пояснить основное отличие нетрадиционных и традиционных залежей газа. В традиционной залежи работает коллектор напрямую в скважину (есть исключения –Оренбург, в залежи есть так называемый суперколлектор, движение газа в основном по нему), а нетрадиционные – состоят как бы из двух частей – матрица, содержащая основной объем газа (90-99%) и трещины (10-1%). Движение (фильтрация) идет по трещине к скважине, но в трещину нужно ещё попасть или искусственно соединиться с трещинами, потому что сама матрица даст незначительный приток – 2-3 тыс.м
3/сут от силы, даже с протяженным горизонтальным участком скважины. В матрице газ находится в основном в адсорбированном состоянии и лишь частично в свободном. Хочу сразу пояснить, в чем нам морочат голову – основные запасы газа сланцевых залежей (угольных то же самое) сидят в матрице, но лишь часть их может двигаться и реально движется только газ трещин и незначительная часть газа матрицы (процесс десорбции медленный даже по сравнению с процессами в пласте). Когда говорят о гигантских запасах газа в сланцевых месторождениях – имеют в виду общее содержание газа в породе, а это не запасы – запасы это то, что можно извлечь с приемлемой экономической целесообразностью. А как следует из предыдущего это может быть 1% ну до 10% общего содержания газа в породе, а в традиционных залежах соотношение обратное – там 90-99% газа содержащегося в породе можно извлечь. Не случайно на «гигантском» месторождении Барнетт утвержденные запасы составляли 50-60 млрд.м
3, а говорят про триллионы. Да и обратите внимание в статистике США какие запасы реально отображены – где эти десятки триллионов (Горное бюро США серьезная организация – там туфту не пропрешь). Это кстати один из самых серьезных доводов против радужных перспектив сланцевогогаза. Говорят о качественно новом гигантском источнике, а в реальных запасах США его не отражают.
Вернемся к технике и технологиям.
Бурение горизонтальных скважин и гидроразрыв были не единственными методами интенсификации притока в плотных породах. Одним из перспективных методов интенсификации добычи из плотных пород и в США и у нас считали проведение так называемыхпромвзрывов – ядерных взрывов в интересах народного хозяйства. В 70-80х годах в СССР и США действовали параллельные программы по промвзрывам. У нас проводили работы на Тахта-Кугульдинском месторождении в Ставрополье, на Астраханском, на Оренбургском, на Восточно_Уренгойском (ачимовка), на нефтяных объектах.Сведения о промвзрывах не секретные – они есть в специальной литературе, а вот результаты не публиковались не у нас, не у них. Взрывали в самом пласте, в кровле, варьировали мощностью. После подписания договора о запрете испытаний –похоже все материалы уничтожили.
Второе направление интенсификации притока из низкопроницаемых пластов было использование жидких и твердых порохов – однокомпонентных ракетных топлив,например мононитрометана. У американцев количество обработок было на порядокбольше, чем у нас, направление считалось весьма перспективным. Суть его - закачивают в пласт жидкий порох посредством гидроразрыва и подрывают.Повышенная проницаемость обеспечивается дроблением породы возле скважины. Для сравнения с бурением горизонтальных скважин и проведения в них массированногогидроразрыва этот метод чистый с точки зрения экологии – ракетное топливо взорвалось и нет загрязняющих материалов, но радиус действия значительно меньше– приток газа после обработки ниже, чем при МГРП в горизонтальной скважине, хотя сама обработка дешевле.
Третьим направлением интенсификации притока было сейсмо-акустической воздействие на пласт и призабойную зону. Суть ставили большую «колотушку» между скважинами (строительный копер для забивания свай) и с определенной частотой колотили по земле. Этот метод мне напоминает эксперименты Йона Тихого по его попытке постигнуть истину избивая материю (кусок рельса) молотком. Не пошли сейсмо-акустические воздействия, хотя идея в целом интересная – воздействовать на пласт (на матрицу) в целом, а не на трещины, что происходит например при МГРП.
Бурение наклонно-направленных скважин впервые проводили в СССР, а не в США. Советские буровики располагали всем набором инструментов для проведения таких операций включая отклонители, забойные двигатели и т.д. Более того один из ключевых элементов бурения горизонтальных скважин – забойные двигатели это вообще детище советских ученых, которое нагло своровали французы и американцы. В послевоенном СССР не хватало высококачественных сталей для бурения скважин, они шли на другие нужды, американцы гордились что используют только сталь класса Е и ротором могут пробурить скважину в любых условиях и на любую глубину. Проблема заставила наших думать головой и изобрели эффективные забойные двигатели, сначала турбобуры, затем винтовые двигатели, которые не требовали высокосортных буровых труб, так как нагрузка на трубы существенно снижалась. При массовом бурении в80-х годах наши технологии стали определяющими в буровом мире. Коллектив создавший на государственные деньги передовую технологию был большой – человек 20. Армянин (соавтор) из ВНИИБТ переехал во Францию и организовал производствовинтовых забойных двигателей, еврей (соавтор) – в США и эти страны стали лидерами по производству винтовых двигателей. Есть ли личная заслуга этих соавторов в этой технике – возможно есть, хотя создавал её большой коллектив, и не они были его лидерами, такой вывоз технической документации считаю все равно воровством, где же защита наших авторских прав?
Первая горизонтальная скважина была пробурена итальянцами, а не американцами, на месторождении Роспо-марэ, затем французы и только после успешных результатов других стали буритьамериканцы. В России для бурения горизонтальных скважин была практически вся техника и обученные специалисты, кроме двух элементов – прибора для определения положения бура в пласте в режиме «on-line»и геофизики на трубах. В стране, где технологический уровень позволял управлять«луноходом» решить эти задачи не представлялось сложным – но началась«перестройка» и оказалось проще купить у американцев. Российские буровики немного отстают в горизонтальном бурении скважин, но уже сотни скважин пробурено, так что эта технология для нас не является супер-передовой или недоступной.
Массированный гидроразрыв пласта (МГРП). Квалифицированная бригада капремонта в России обязана в своем арсенале иметь технологию гидроразрыва, но часто для гидроразрыва держат специализированные бригады. Сам гидроразрыв по себе –рядовая операция, но массированный гидроразрыв качественно более сложная операция, потому что приходится синхронизировать работу десятков агрегатов, проблема скорее организационная – представьте себе вокруг скважины – сотня КАМАЗов с грузом, а синхронность их разгрузки определяется секундами. Но и массированный гидроразрыв в России не новость, правда, это была канадская компания Фрахмастер, но если наши специалисты, работавшие с канадцами не идиоты, то уже давно все скопировали – не бог весть что. Замечу, что основной инструмент при гидроразрыве – насос, а основной прибор контроля – манометр. И вот это хотят представить как новейшие технологии человечества – абсурд, вот они якобы совершили революцию в освоении сланцевых месторождений. Не верю! Задача массированного гидроразрыва – надрезать зоны естественной трещиноватости пласта, зоны разуплотнения массива, при этом трещина не должна пойти по непредсказуемому пути, сказать, что они решили эту задачу – пока оснований нет.
Технологические успехи Чесапик энеджи понятно в чем заключались. Это правильный прогноз распространения трещины, достигается это путем адекватного построения геолого-математической модели (симулятора) прежде всего наряженного состояния горного массива. Мы не делаем отбора керна с фиксацией его ориентирования в пространстве (не было такой задачи, нет техники), по керну определяют реальное напряженное состояние горного массива. Затем делают так называемую 3D-сейсмику – она позволяет выделять зоны разуплотнения и косвенно судить о напряженном состоянии, в принципе в этой технологии мы мало уступаем американцам, есть свои передовыена работки, да и не новая эта технология. Используют также материалы дешифрирования аэро-космоснимков, по ландшафтным признакам также определяют напряженное состояние массива. Комплексирование позволяет создать более совершенную геолого-математическую модель, здесь у них есть успехи – фирма Эклипс, Парадигма и т.д. у нас есть свои геологи владеющие техникой программированияи если и есть здесь отставание, то не большое. Есть отдельные элементы при непосредственном проведении гидроразрыва, которые улучшают технологию, нокоторые мы не знаем, но это не беда, это познается на опыте. Таким образом можно утверждать, что такую технологию может освоить любая технологическиразвитая страна, включая Россию – если будет задача. Однако считать, что они довели технологию до совершенства нет оснований – коровы то дохнут! Что это означает, что в некоторых случаях они не контролируют распространение трещины разрыва.
Воду для того,чтобы она удерживала песок во взвешенном состоянии загущают, придают ей тиксотропные свойства (песконесущие) достаточно ядовитыми веществами и сделать их экологически чистыми не возможно по соображениям экономики, либо ядовитые – либо дорогие. Если трещина вскрыла вышележащий водоносный пласт эти ядовитые вещества попадут в колодцы, в артезианские скважины, как в Техасе – коровки попили такой воды и подохли. Это в малонаселенном Техасе, а что будут делать в Европе?
Когда говорят о себестоимости сланцевого газа, у меня возникает всегда недоумение – о чем они говорят?
Вопрос себестоимости добычи газа из сланцевых отложений достаточно спорный. Американские компании организовавшие добычу типа «Чесапик энерджи» утверждают, что себестоимость добычи в настоящее время не превышает $100 за тыс.м
3на устье и возможно снижение. Американские независимые эксперты считают, что реальная себестоимость выше $200 за тыс.м
3, при этом четких определений как считается себестоимость нет, что они понимают под себестоимость? Некоторые наши эксперты оценивают себестоимость сланцевого газана устье в диапазоне $80-320 тыс.м
3 в зависимости от горно-геологических условий. Но и эти оценки вызывают сомнение из-за специфики сланцевого газа. У меня есть большие подозрения, что себестоимость они считают на так называемый «свободный дебит», когда считается, что противодавления на устье нет, то есть газ из скважины вырывается прямо в атомосферу, но это же не верно.
Себестоимость добычи газа обычного месторождения рассчитывается достаточно просто и можно разделить расчет на два этапа – бескомпрессорной и компрессорной добычи. Вначале разработки когда пластового давление достаточно для задавливания газа в магистральный газопровод себестоимость складывается из капзатрат на сооружение скважины (с учетом коэффициента на промысловые сооружения отнесенные к одной скважине), эксплуатационных затрат на обслуживание скважины и системы подготовки газа. При снижении пластового давления к себестоимости добычи газа добавляются затраты связанные с дожимными компрессорами, которые в значительной степени и определяют затем себестоимость. В случае же сланцевого газа, когда проницаемость матрицы на 5-6 порядков ниже проницаемости обычного пласта, для того чтобы получить хоть более-менее рентабельный дебит депрессию устанавливают до предела, тем более, что коллектор устойчив. Депрессию скорее ограничивают соображения предотвращения закрытия трещин гидроразрыва горным давлением. В целом это приводит к тому, что на устье давление низкое, затраты на компремирование в этом случае резко возрастают, тем более, что газ не прошел очистку в полном объеме (как правило один сепаратор и все). Все это делает копремирование сланцевого газа не рентабельным.
Газ из сланцев относится к низконапорному и доставляется потребителю без компрессоров, а потребитель может находится как нарасстоянии 5, так и 50 км от скважин, что соответственно определяет в единой газодинамической системе существенно разные потери давления в шлейфе и соединительных газопроводах, соответственно это определяет разницу давлений на забое скважин, а дебиты скважин как известно определяются даже не разницей давления в пласте и назабое, а разницей квадратов давлений. Поэтому при одинаковых затратах, дебиты скважин могут различаться в разы, соответственно и себестоимость может различаться в разы, из чего следует, что когда «газосланцедобытчики» говорят о себестоимости без указания потребителя – они просто морочат голову.