("The Independent", Великобритания)
Меня беспокоит вопрос соблюдения стандартов прозрачности в России в области техники безопасности
Сара Уилер (Sara Wheeler)
Российская Арктика — это нечто дикое. Я путешествовала по ней, когда собиралась писать книгу о Северном полярном круге. У меня замерзал нос; лопнул зуб; я выдыхала воздух, и он падал на землю хрустальной пылью. Регион настолько изолирован от внешнего мира, что всю остальную Россию местные оленеводы называют «материком». Но пейзажи там — сильнее, чем все, что я когда-либо видела: ослепительные, девственно чистые, как такие хайку от биологии. Я обожаю простую жизнь в заполярье и изящество его живущих под пятой народов.
Чукотка — арктический регион размером с Турцию, находящийся на Дальнем Востоке (тот самый кусок России, который Сара Пейлин видела с Аляски). За пределами столицы — Анадыря — в этой волшебной стране льда и тундры вообще нет дорог. Чтобы пробиться внутрь, мне понадобилось два года, но, приехав, я встретила там президента Медведева. В то утро он высадился с вертолета погладить оленя и послушать народные чукотские песни в местной школе. Медведев стал первым главой российского государства, который туда добрался, ни один царь не был и в тысяче километров отсюда. За пять дней до этого, обращаясь с речью о положении в Арктике к Совету безопасности в Москве, Медведев наметил этот регион для визита.
«На этот регион приходится около 20% валового внутреннего продукта России и 22% государственного экспорта», — сказал он. Речь шла о нефти и газе. Причем ему мало, он хочет еще.
Арктика превратилась в аналог Дикого Запада с энергоносителями, весь регион оказался в центр всеобщего внимания, и добыча углеводородного сырья, безусловно, и в дальнейшем останется локомотивом экономического развития приполярных областей, причем не только в России. Сама я не собираюсь прекращать жечь бензин, так что с моей стороны было бы лицемерием требовать запрета на добычу нефти. Но я надеюсь, что нам удастся не изгадить последний уголок по-настоящему дикой природы.
Меня беспокоит вопрос соблюдения стандартов прозрачности в России в области техники безопасности. На побережье Северного Ледовитого океана в Мурманской области я видела, как покачиваются подобно выброшенным на берег касаткам подводные лодки, ждущие очереди на списание, которая никогда не придет. Где точно сохраняется российское пренебрежение законами — так это в Арктике. Из-за сурового климата охрана природы крайне затруднена, да и прошлые успехи России на приполярном шельфе сомнительны. В восьмидесятые годы на атомной станции у губы Западная Лица произошел ряд аварий, начавшихся с того, что треснуло сделанное из бетона и стали хранилище отработанного топлива. Началась утечка зараженной радиоактивными отходами воды; сначала она шла со скоростью 30 литров в день, но вскоре — уже со скоростью 10 тонн в час. Вы не ошиблись — десяти тонн в час.
Буровые установки «Роснефти» находятся в Карском море, в котором, согласно опубликованному в 2008 году докладу объединения Bellona, в скором времени будут размещены атомные подводные буровые корабли, а также плавучие атомные электростанции. А почему в Арктике такие большие территории закрыты для посещения иностранцами? Что они там прячут, и кто этим занимается? Возвращаясь на самолете из Анадыря в московский аэропорт «Домодедово», я общалась со своим соседом — геохимиком, работавшим на геологоразведочном судне в Баренцевом море и занимавшимся поиском точек для бурения. Когда я просила, соблюдается ли там техника безопасности, он закатил глаза и заказал себе еще одну порцию выпивки.
Помню, как я смотрела на воду Карского моря с палубы ледокола. Мимо проплывали белуги; осколки фарфорового льда цвета слоновой кости покачивались на неровных краях волн. Море, усеянное айсбергами, блестело под полуночным солнцем, а горизонт сверкал молочной дымкой, встречающейся только в высоких широтах. Мой спутник, моряк из Владивостока, был весьма словоохотлив, как большинство выходцев из этого города, но, когда мы созерцали эту непостижимую спокойную красоту, он тихо сказал: «Не надо слов, Карское море говорит само за себя». И это действительно было так. Я надеюсь, что мы не уничтожим его.
Сара Уилер — автор книги «Магнетический Север, или Путешествия по Арктике».
Оригинал публикации: Why is Russia's Arctic closed to visitors? Who is hiding what?
ИноСМИ.ru
Западный журналист опубликовал книгу о нефтегазовом шельфе Арктики
Ссылка #1 17 января 2011 - 15:02
Ссылка #2 15 апреля 2011 - 12:45
Российский ледокол вызывает споры
15/04/2011Мы получили уникальную возможность взглянуть на «Ямал», один из мощнейших российских ледоколов, а также один из редких кораблей в мире, способных прорываться сквозь толстый арктический плавучий лед. Российские ледоколы вызывают неоднозначную реакцию наблюдателей.
15/04/2011Мы получили уникальную возможность взглянуть на «Ямал», один из мощнейших российских ледоколов, а также один из редких кораблей в мире, способных прорываться сквозь толстый арктический плавучий лед. Российские ледоколы вызывают неоднозначную реакцию наблюдателей.
Ссылка #3 30 апреля 2011 - 15:01
Много лет назад я с ребятами из московского офиса одной нефтесервисной инофирмы сидел в ресторане "Ла Кабана" (мексиканская кухня), который находится в нашем городе и где бывает очень много иностранцев. Было шумно и громко звучала музыка, как вдруг один из наших москвичей попросил у нас тишины и начал внимательно вслушиваться в речь иностранца за соседним столиком, который из-за музыки говорил очень громко. Было очень неприятно слушать перевод речи этого иностранного журналиста, который сказал: " У меня есть задание шефа - найти плохое в работе русских и местных нефтяных компаний. Пока я ничего не раскопал. Но я должен найти или... придумать что-нибудь!" После чего сидящие за его столом мужчины расхохотались. Жаль, что мы не узнали, откуда этот журналист, говорящий на английском.
Ссылка #4 14 июля 2011 - 00:15
Интервью с профессором Петром Гловацким (Piotr Głowacki) – руководителем Отдела полярных исследований Института геофизики польской Академии наук.
- Российский вице-премьер Сергей Иванов объявил о крупной научной экспедиции, которая должна подтвердить претензии Москвы на хребет Ломоносова, который якобы является продолжением ее континентального шельфа…
- Худшее, что может случиться, это если международная общественность для всеобщего спокойствия признает такие аргументы и, исходя из сиюминутных интересов, примет новый порядок раздела Земли. Пока борьба идет только за Арктику, но в 2041 году перестанет действовать Антарктический договор (подписанный в Вашингтоне на 30 лет и вступивший в силу 23 июня 1961 года, в 1991 году продленный еще на 50 лет). Пока все спокойно, но через 10-20 лет за раздел Антарктиды начнется битва. Тогда Европе, США, России сказать будет нечего. Появились бы секторы Аргентины. Австралии, Чили, Новой Зеландии, Индии, ЮАР, потому что только эти государства непосредственно граничат с водами, омывающими этот континент. А как раз Россия и США обладают в Антарктиде самым большим научным потенциалом и достижениями. Я подозреваю, что в ближайшие 20 лет аргументы, которые сейчас выдвигают на первый план Россия, Канада, США или Норвегия, эти же самые страны начнут критиковать. Если международная общественность признает всевозможные нынешние притязания и теории, то через несколько десятилетий у нее возникнет серьезная проблема в другом полушарии. Мы, поляки, тоже можем устроить экспедицию на конец европейского шельфа в Северном море и сказать, что там находится наша граница. Раз Россия считает, что ее шельф включает хребет Ломоносова, т.е. территорию очень близкую к полюсу, и это их граница, то если следовать той же логике, шельф Европы простирается далеко в направлении Баренцева моря, и наша граница тоже должна проходить не по Балтике, а где-то там. Или скандинавы могут сказать, что если по Польше по меньшей мире три раза проходил ледник и у нас есть ледниковые валуны, то место под этими валунами, например, является шведским.
- Как дошло до раздела Арктики на сферы влияния?
- Разного рода международные конвенции должны обеспечивать бесконфликтное урегулирование сосуществования государств. […] Пока во всей Арктике не было экономических, а лишь гипотетические политические интересы, то на нее старались распространить разные конвенции. В случае Антарктиды есть международный договор, который дает его сторонам свободу действий, а одновременно обязывает бережно относиться к этому континенту. В Арктике немного иначе. Не так много государств граничит с окрестностями Северного полюса. Это Канада, США, Россия, Норвегия, Дания, под управлением которой находится Гренландия, и еще частично Исландия, прилегающая к Арктике. Другие два государства арктического совета – Финляндия и Швеция – считаются арктическими (т.к. часть их территории находится за Полярным кругом), но не имеют непосредственного доступа к водам около полюса.
- Означает ли это, что эта территория как торт была разделена на пять или шесть частей?
- Говорится о секторах. Существуют зоны, их боковые линии ведутся по меридиану от государственной границы в направлении полюса. Самый большой - российский сектор. Но не стоит забывать, что от побережья России до полюса в самой близкой точке (Земля Франца-Иосифа) почти тысяча километров. Раньше считалось, что территориальные воды простираются на 4 мили от берега, потом эту зону расширили до 12 миль (22224 м). После т.н. «тресковых войн» 1960-х годов появилось понятие экономической зоны шириной в 200 миль (370,4 км). Но речь идет об экономической зоне, а не принадлежности территории. Все это касается и Арктики. При выделении этих секторов доходило до споров между Россией (СССР) и Норвегией. Многие годы соглашений между полярными странами не было. Между ними был конфликт, который, однако, замедлял процесс присвоения морей и океанов. В прошлом году Норвегия и Россия согласовали разграничение морской территории, де-факто являющейся международной. Такие соглашения создают барьеры для других государств, не входящих в основную пятерку. Раньше они соперничали в основном между собой, а сейчас начинают действовать совместно, чтобы противостоять международному давлению.
- Как выглядит это присвоение международных территорий?
- Активнее всего была Канада, т.к. в последние пять лет из-за таяния льдов открылся Северный проход, т.е. морской путь среди фьордов между канадскими островами на Аляску. Так происходит сейчас и в плане России: есть северный проход из Европы в Тихий океан, к Японии и Китаю. Сейчас там можно ходить без ледокола около 40 дней в году. Этот путь гораздо короче, чем вокруг всей Азии. Однако плыть нужно вблизи российской экономической зоны. Но если, как говорят исследования климатологов, к концу века ледяной покров вокруг полюса еще уменьшится или вообще исчезнет, из Европы можно будет быстрее попасть в Берингов пролив, оставаясь в нескольких сотнях километров от российских берегов. Поэтому стали звучать требования к другим государствам признать новые границы, оснований для которых нет. Раз существуют действующие конвенции о разграничениях на морях и океанах, давайте их уважать и не создавать новых теорий.
- Может быть, нам нужно выдвинуть какие-нибудь претензии на Арктику?
- Это происходит. Самая большая политическая проблема появилась между Европейским Союзом и арктическими государствами. ЕС хочет иметь свою долю в разделе и влиянии в Арктике. России, у которой из европейских партнеров по переговорам были только Швеция и Финляндия, это неудобно. Маленькие государства можно было практически устранить. Напомню, что Норвегия не входит в ЕС, как и Гренландия, которая хоть и подчиняется Дании, но становится все более независимой. Впрочем, если у датчан и возникают споры, то с Канадой, а не с Россией. Только ЕС как одно целое был бы значимым сильным игроком и конкурентом России во влиянии в Арктике. Поэтому в мае на сессии Арктического совета в гренландском городе Нуук Россия провела постановление о том, что в Совете не будет новых субъектов, даже со статусом наблюдателя, пока они не пройдут проверку. Сейчас такой статус имеют Франция, Испания, Голландия, Великобритания, Германия и Польша, а получить его хотят Китай, Корея, Япония, Италия и Евросоюз. Мы, например, присутствуем в Совете из-за нашей непрерывной, уходящей корнями в межвоенные годы, научной активности в этом регионе. Мы играем одну из ведущих ролей в данной группе, и многие инициативы исходили от нас. Но ЕС как единое целое не имеет на этом форуме никакого голоса. Я сам был соавтором резолюции Европарламента от 21 января на тему доступа к проведению научных исследований. Получается так, что попытки присвоения территорий отражаются не только на экономической сфере, но также на возможности научных изысканий. Для меня просто невообразимо, что нам вдруг придется закрыть наши станции и уйти с норвежского архипелага Шпицберген, где мы находились 70 лет. Российские власти стали запрещать научным судам входить в зоны, которые они считают своими. Первый удар, пока еще нет прямых экономических интересов, пришелся по ученым. В этой резолюции, принятой по нашей инициативе, есть требование о предоставлении международным научным группам полной свободы в исследованиях Арктики, а также бесплатного взаимообмена их результатами. Мои российские коллеги уже в марте не преминули заявить о том, что они недовольны данной резолюцией. Хорошо, что в последнее время наши власти начинают смотреть на Арктику в новой плоскости, доказательством чего может служить создание в мае межпарламентской группы при МИД («Polish Polar Task Force»), которая будет заниматься польскими интересами в этих отдаленных регионах нашей планеты.
- Какие экономические интересы связаны с арктическими территориями?
- Там есть два богатства: газ и нефть. И их много, возможно, даже 30% от мировых запасов. Хотя открытие новых месторождений меняет эти оценки. Например, они не учитывают наших запасов сланцевого газа. Тем не менее благодаря уменьшению ледяного покрова полярные месторождения стали легко доступными. Сейчас начало лета, а огромные территории, где находятся запасы нефти и газа, свободны ото льда. Эксплуатировать их можно без труда, поскольку шельф там мелкий. Установка буровой платформы была бы там дешевле, чем в Северном или Норвежском море, где вдобавок более сильные ветры. Другое сырье будущего – это гидраты метана, т.е. соединение метана с водой, образующееся в условиях низких температур и высокого давления. Они встречаются в основном там, где заканчивается шельф, и начинаются океанские глубины. Это будущее сферы источников энергии, более важное, чем нефть или газ. Эти гидраты метана можно будет добывать со дна чем-то вроде пылесоса, что гораздо проще, чем бурить скважины.
Ссылка #5 08 августа 2011 - 00:01
Ссылка #6 01 сентября 2011 - 22:42
Богатства Арктики влекут геологоразведчиков ("The Wall Street Journal", США)Exxon, Rosneft, Shell готовы вложить миллиарды в потенциально огромные, но рискованные проекты
Сенсационная сделка объемом в 2,2 миллиарда долларов, которую корпорация Exxon Mobil заключила с ОАО «Роснефть», рассчитывая получить право на разведочное бурение в ледяных водах к северу от России, - лишь очередной пример того горячего интереса, который проявляет энергетическая отрасль к геологоразведке за Полярным кругом.
Речь идет о регионе, площадь которого не превышает 12 миллионов квадратных миль – то есть всего 6% от земной поверхности. Однако объем запасов находящихся в нем месторождений предположительно соответствует 412 миллиардам баррелей нефти – то есть составляет 22% неразведанных мировых запасов нефти и газа.
В последнее время таяние льдов упрощает работу в некоторых частях Арктики. Это в сочетании с сохраняющимися высокими ценами на нефть и с политическими проблемами, существующими в других регионах, подталкивает компании Royal Dutch Shell и Cairn Energy вкладывать миллиарды долларов в проекты в этих ранее неизведанных краях.
Впрочем, с этим связано множество серьезных трудностей. Экстремальные погодные условия и движение льда в холодное время года могут разрушать нефтяные платформы. Чтобы справиться с разливом нефти в Арктике, также могут потребоваться гигантские усилия. В тамошних морях не выживают микробы, способные разрушать нефтяные пятна. Имеющиеся в регионе взлетные полосы, порты и деревни неспособны поддерживать проведение масштабных мероприятий, аналогичных тем, которые проводились в прошлом году в Мексиканском заливе.
Арктика в основном не затронута промышленным развитием, и из-за круглогодового холода ее экология будет менее устойчива в случае разлива нефти, отмечает Арктический совет – межправительственный форум, объединяющий страны, которые граничат с регионом.
Однако, несмотря на сомнения экологов, геологоразведка в Арктике, скорее всего, будет продвигаться быстрыми темпами. Скажем, Exxon и «Роснефть» рассчитывают начать предварительную разведку уже в следующем году.
В среду представитель «Роснефти» заявил, что две компании надеются пробурить первую разведочную скважину к 2015 году, и, если все пойдет хорошо, смогут приступить к добыче уже к началу следующего десятилетия.
По оценкам российской компании, объем извлекаемых запасов на территории, на которой она собирается вести геологоразведку в ближайшие годы, составляет 4,9 миллиарда тонн нефти - или примерно 36 миллиардов баррелей.
Shell получила условное разрешение США пробурить до 10 скважин на мелководье у берегов Аляски в течение ближайших двух лет, однако англо-голландской компании нужно провести еще ряд дополнительных согласований.
Шотландская Cairn Energy пробурила уже три скважины у западного побережья Гренландии и планирует в этом году пробурить еще четыре.
Как считается, особенно крупные месторождения нефти и газа находятся в двух частях Арктики – к северу от Аляски и канадских Северо-Западных территорий и в водах к северу от России, простирающихся от ее границы с Финляндией более чем на 1000 миль на восток.
«Те немногочисленные данные геологоразведки из окрестностей российских берегов, которые у нас имеются, заставляют геологов облизываться и с нетерпением ждать возможности начать буровые работы, - говорит бывший вице-президент компании Chevron Питер Робертсон (Peter Robertson), независимый консультант по проблемам нефтяной отрасли, работающий с консалтинговой фирмой Deloitte. – Потенциально там могут быть очень большие запасы. Это великолепная возможность».
Мэрилин Хейман (Marilyn Heiman), директор Американской арктической программы Pew Environment Group - экологического подразделения фонда Pew Charitable Trusts, - между тем предостерегает, что компании приступают к бурению быстрее, чем большинство стран устанавливают нормативные требования для региона. «Арктика – одно из самых опасных в мире мест для бурения, поэтому нам необходимо ввести стандарты, которые помогут предотвратить разливы нефти», - считает она.
Официальный представитель Shell Келли оп де Вег (Kelly op de Weegh) назвала риски контролируемыми и заявила, что на случай аварии компания планирует разместить поблизости от мест проведения работ суда-нефтесборщики. «Мы сможем отреагировать на любое происшествие в течение часа», - подчеркнула она. Вдобавок, по ее словам, скважины, которые собирается бурить Shell, не считаются сложными по стандартам нефтяной промышленности. «Трудности бурения в Мексиканском заливе в пять раз больше тех, с которыми мы можем столкнуться при работах на арктическом шельфе», - утверждает представитель компании.
Впрочем, в Арктике нефтяников ждет множество других трудностей. Скажем, для создания постоянных платформ для добывающих скважин потребуется сталь, которая сможет годами выдержать экстремальный холод, не становясь ломкой.
Пока арктические страны готовят почву для расширения коммерческой деятельности. Сейчас они уточняют зачастую нечеткие морские границы за Полярным кругом, готовясь к предполагаемому освоению нефтяных и газовых месторождений. В прошлом году Норвегия и Россия завершили длившийся десятилетиями спор и договорились о границе.
Профессор географии и арктической политики из Аляскинского университета в Фэрбанксе Лоусон Бригэм (Lawson Brigham) подчеркивает, что несколько граничащих с Арктикой стран, в том числе Норвегия и Россия, обладают экономиками, будущий рост которых зависит от освоения арктических нефтегазовых ресурсов. «Ключ к Арктике в том, - отмечает Бригэм, - что в Арктике много того, что можно продать».
Сенсационная сделка объемом в 2,2 миллиарда долларов, которую корпорация Exxon Mobil заключила с ОАО «Роснефть», рассчитывая получить право на разведочное бурение в ледяных водах к северу от России, - лишь очередной пример того горячего интереса, который проявляет энергетическая отрасль к геологоразведке за Полярным кругом.
Речь идет о регионе, площадь которого не превышает 12 миллионов квадратных миль – то есть всего 6% от земной поверхности. Однако объем запасов находящихся в нем месторождений предположительно соответствует 412 миллиардам баррелей нефти – то есть составляет 22% неразведанных мировых запасов нефти и газа.
В последнее время таяние льдов упрощает работу в некоторых частях Арктики. Это в сочетании с сохраняющимися высокими ценами на нефть и с политическими проблемами, существующими в других регионах, подталкивает компании Royal Dutch Shell и Cairn Energy вкладывать миллиарды долларов в проекты в этих ранее неизведанных краях.
Впрочем, с этим связано множество серьезных трудностей. Экстремальные погодные условия и движение льда в холодное время года могут разрушать нефтяные платформы. Чтобы справиться с разливом нефти в Арктике, также могут потребоваться гигантские усилия. В тамошних морях не выживают микробы, способные разрушать нефтяные пятна. Имеющиеся в регионе взлетные полосы, порты и деревни неспособны поддерживать проведение масштабных мероприятий, аналогичных тем, которые проводились в прошлом году в Мексиканском заливе.
Арктика в основном не затронута промышленным развитием, и из-за круглогодового холода ее экология будет менее устойчива в случае разлива нефти, отмечает Арктический совет – межправительственный форум, объединяющий страны, которые граничат с регионом.
Однако, несмотря на сомнения экологов, геологоразведка в Арктике, скорее всего, будет продвигаться быстрыми темпами. Скажем, Exxon и «Роснефть» рассчитывают начать предварительную разведку уже в следующем году.
В среду представитель «Роснефти» заявил, что две компании надеются пробурить первую разведочную скважину к 2015 году, и, если все пойдет хорошо, смогут приступить к добыче уже к началу следующего десятилетия.
По оценкам российской компании, объем извлекаемых запасов на территории, на которой она собирается вести геологоразведку в ближайшие годы, составляет 4,9 миллиарда тонн нефти - или примерно 36 миллиардов баррелей.
Shell получила условное разрешение США пробурить до 10 скважин на мелководье у берегов Аляски в течение ближайших двух лет, однако англо-голландской компании нужно провести еще ряд дополнительных согласований.
Шотландская Cairn Energy пробурила уже три скважины у западного побережья Гренландии и планирует в этом году пробурить еще четыре.
Как считается, особенно крупные месторождения нефти и газа находятся в двух частях Арктики – к северу от Аляски и канадских Северо-Западных территорий и в водах к северу от России, простирающихся от ее границы с Финляндией более чем на 1000 миль на восток.
«Те немногочисленные данные геологоразведки из окрестностей российских берегов, которые у нас имеются, заставляют геологов облизываться и с нетерпением ждать возможности начать буровые работы, - говорит бывший вице-президент компании Chevron Питер Робертсон (Peter Robertson), независимый консультант по проблемам нефтяной отрасли, работающий с консалтинговой фирмой Deloitte. – Потенциально там могут быть очень большие запасы. Это великолепная возможность».
Мэрилин Хейман (Marilyn Heiman), директор Американской арктической программы Pew Environment Group - экологического подразделения фонда Pew Charitable Trusts, - между тем предостерегает, что компании приступают к бурению быстрее, чем большинство стран устанавливают нормативные требования для региона. «Арктика – одно из самых опасных в мире мест для бурения, поэтому нам необходимо ввести стандарты, которые помогут предотвратить разливы нефти», - считает она.
Официальный представитель Shell Келли оп де Вег (Kelly op de Weegh) назвала риски контролируемыми и заявила, что на случай аварии компания планирует разместить поблизости от мест проведения работ суда-нефтесборщики. «Мы сможем отреагировать на любое происшествие в течение часа», - подчеркнула она. Вдобавок, по ее словам, скважины, которые собирается бурить Shell, не считаются сложными по стандартам нефтяной промышленности. «Трудности бурения в Мексиканском заливе в пять раз больше тех, с которыми мы можем столкнуться при работах на арктическом шельфе», - утверждает представитель компании.
Впрочем, в Арктике нефтяников ждет множество других трудностей. Скажем, для создания постоянных платформ для добывающих скважин потребуется сталь, которая сможет годами выдержать экстремальный холод, не становясь ломкой.
Пока арктические страны готовят почву для расширения коммерческой деятельности. Сейчас они уточняют зачастую нечеткие морские границы за Полярным кругом, готовясь к предполагаемому освоению нефтяных и газовых месторождений. В прошлом году Норвегия и Россия завершили длившийся десятилетиями спор и договорились о границе.
Профессор географии и арктической политики из Аляскинского университета в Фэрбанксе Лоусон Бригэм (Lawson Brigham) подчеркивает, что несколько граничащих с Арктикой стран, в том числе Норвегия и Россия, обладают экономиками, будущий рост которых зависит от освоения арктических нефтегазовых ресурсов. «Ключ к Арктике в том, - отмечает Бригэм, - что в Арктике много того, что можно продать».
Оригинал публикации: Arctic Riches Lure Explorers
Ссылка #7 06 сентября 2011 - 20:36
Майкл Маккарти | Independent
Таяние арктических льдов дало старт "большой полярной нефтяной лихорадке"
Нефтяные ресурсы Заполярья составляют, возможно, до 160 млрд баррелей, утверждает The Independent, ссылаясь на оценку американских геологов из Cara (Circum-Arctic Resource Appraisal) от июня 2009 года. Ожидается, что ресурсы природного газа в Арктике еще больше нефтяных, добавляет журналист Майкл Маккарти.
Нефтегазовые компании раззадорились. "Неважно, что приполярные области - самые негостеприимные уголки земного шара. Неважно, что Арктика - экосистема, в которую пока человек вмешивался меньше всего. Девизом нефтяников всегда было "Прорвемся", и в Арктике они уже прорываются к успехам", - пишет автор.
Первой на Крайний Север пришла Cairn Energy (Шотландия): она сейчас бурит четыре разведочных скважины в заливе Баффина (Гренландия). Собственно, три первых скважины она пробурила в прошлом году, но тогда нефти не нашла. В июле 2012 года Shell надеется начать разведку в морях Бофорта и Чукотском на шельфе Аляски. ExxonMobil на прошлой неделе заключила с "Роснефтью" соглашение о совместной разведке нефти в Карском море.
Вся эта бурная деятельность нервирует экологов: что если катастрофа, подобная прошлогоднему разливу нефти на Deepwater Horizon, повторится в еще более неблагоприятных условиях Крайнего Севера? "Зеленые" в особенности возмущены тем фактом, что пути к освоению региона "расчищает" не что иное, как таяние арктических льдов, вызванное глобальным потеплением", - говорится в статье.
Greenpeace идет в авангарде протестов: этим летом два корабля организации попытались воспрепятствовать работам Cairn Energy в заливе Баффина. Активистов арестовали, а Cairn добилась судебного запрета на действия Greenpeace.
Greenpeace также убедила власти Гренландии опубликовать план действий в случае разлива нефти, подготовленный Cairn. На прошлой неделе Greenpeace подвергла его резкой критике, поскольку даже в этом документе признается, что полярной зимой очистка воды от нефти невозможна. Cairn возражает, что план был изучен и одобрен третьими сторонами, в том числе правительством Гренландии и Датским национальным институтом экологических исследований.
Источник: Independent
Ссылка #8 24 октября 2011 - 01:29
В российском городе Архангельске осень – самое короткое время года. Он лежит вблизи Полярного круга, и температура в нем падает ниже нуля уже в сентябре. В середине зимы в короткие часы дня она может достигать -40C.
До последнего времени этот неблагоприятный климат отвращал многих от планов дальнейшего продвижения на север, несмотря на предполагаемые богатые месторождения нефти, газа и таких минералов, как никель, медь и уран.
Однако в конце прошлого месяца в Архангельске было необычно тепло, когда могущественный будущий президент России Владимир Путин прибыл в город на конференцию по Арктике, чтобы рассказать о своих планах начать новую эпоху в истории регионального развития.
Это будет подразумевать разведку и добычу нефти и газа на шельфе, создание новых морских терминалов и инфраструктуры и развитие коммерческого судоходства в освобождающихся ото льда арктических морях – то есть фактически индустриализацию Арктики и активную эксплуатацию ее ресурсов.
Если у кого-то еще оставались сомнения в том, что Россия намерена индустриализировать один из последних оставшихся в мире нетронутых регионов, речь Путина, в которой он обещал создать прибыльный судоходный маршрут между Европой и Азией, способный всерьез соперничать с Суэцким и Панамским каналами, должна была их окончательно развеять.
Однако, как понимали и участники конференции, и эксперты, в ней не участвовавшие, для Путина и российских государственных компаний важнее более доступные богатства региона - нетронутые арктические месторождения нефти и газа.
Читайте также: Российская Арктика содержит 100 миллиардов тонн нефти и газа
По оценке Геологической службы США, в Арктике находятся 22 % «неразведанных мировых запасов нефти и газа. Кроме этого, в регионе уже были разведаны топливные ресурсы (в основном нефтяные и газовые) в объеме 240 миллиардов баррелей нефтяного эквивалента. Это близко к объему разведанных углеводородных резервов Саудовской Аравии.
Российское «нефтегосударство»
Многие экологи считают, что эти ресурсы необходимо оставить в покое, чтобы защитить хрупкую природу Арктики и предотвратить дополнительный рост выбросов парникового газа.
Для Путина и России это немыслимо.
Один из первых шагов, которые предпринял Путин, когда занял в 2000 году пост президента, было упразднение Госкомитета по экологии, функции которого были переданы Министерству природных ресурсов. Позднее он заявил, что он не позволит экологам «препятствовать развитию страны».
Для России больше, чем для любой другой арктической страны – возможно, кроме Гренландии - эти новые источники ископаемого топлива выглядят как ключ к будущему процветанию страны и выживанию ее политического истеблишмента.
Будучи так называемым «нефтегосударством», эта страна серьезно зависит от доходов, которые она получает, благодаря имеющимся у нее запасам нефти и газа. 40 % ВВП России, соперничающей с Саудовской Аравии за роль мирового лидера по добыче нефти, создается за счет нефтяного экспорта. Она также считается вторым по величине экспортером газа в мире после Соединенных Штатов. Однако добыча нефти на разрабатываемых в настоящее время Россией месторождениях падает, и стране отчаянно нужны ресурсы арктического региона, чтобы поддержать нынешний уровень добычи.
«С точки зрения Кремля, для России добыча арктических ресурсов – это не выбор, а стратегическая необходимость», - пишет Чарльз Эммерсон (Charles Emmerson) в своей новой книге «Будущая история Арктики» («The future history of the Arctic»).
Читайте также: Россия и Арктика
В какой-то момент это вызывало опасения по поводу возможных конфликтов. Однако такой сценарий становится все менее и менее вероятным - сейчас западные компании лезут из кожи вон, чтобы подписать контракты на разведку нефти с российскими принадлежащими государству энергетическими компаниями.
Когда экспедиция во главе с российским исследователем Артуром Чилингаровым установила в 2007 году флаг на дне Северного ледовитого океана, многие сочли, что это может послужить началом новой конфронтации – битвы за Арктику.
Прочие арктические государства – Канада, Дания (Гренландия), Исландия, Норвегия, Россия и Соединенные Штаты (Аляска) - с ходу начали пренебрежительно отзываться о российских территориальных претензиях.
Однако требования экономики вытеснили страх перед конфликтом в духе холодной войны, и безрассудная экспедиция Чилингарова быстро превратилась во второстепенное событие на фоне нарастающего сотрудничества между арктическими странами.
Новая «золотая лихорадка» в Арктике
За последние годы был заключен ряд соглашений, которые фактически завершают для Арктики эпоху изоляции и открывают эпоху развития и индустриализации.
В сентябре 2010 года Россия и Норвегия отложили в сторону свои давние разногласия, чтобы разрешить спор о границах в Северном ледовитом океане. На следующий день после того, как парламент Норвегии одобрил соглашение между странами, норвежские компании приступили к поискам нефти на норвежской части акватории. Россия обещает начать нефтеразведку на своей части в 2012 году.
Читайте также: Арктика: от холодной войны к полюбовному разделу
После этого российская компания «Газпром», принадлежащая государству, начала сотрудничать с норвежской компанией Statoil в области разработки одного из самых крупных в мире месторождений природного газа – расположенного в российской части Арктики Штокмановского месторождения. Совсем недавно американский нефтяной гигант Exxon Mobil договорился о совместной работе с Роснефтью - еще одной российской фирмой, принадлежащей государству.
«На фоне волнений на Ближнем Востоке и закрытости для чужаков изрядной части мира, международные нефтяные компании все чаще считают неминуемым включение в свое портфолио российских активов, - считает эксперт по Арктике и писатель Чарльз Эммерсон. – Россия, в свою очередь, нуждается в иностранных технологиях и деньгах, чтобы поддерживать добычу на высоком уровне».
В результате политические лидеры не конфликтуют из-за претензий на территории, а конкурируют за возможность воспользоваться деньгами и технологиями международных гигантов.
Вице-губернатор Аляски Мид Тредуэлл (Mead Treadwell) утверждает, что сделка между Exxon Mobil и Россией стала неожиданностью для властей штата. Сейчас Россия обогнала Аляску по объемам нефти и газа, добываемых в арктическом регионе.
«Сейчас идет гонка за капитал. Все страны Арктики пытаются привлечь к бурению на своей территории одних и тех же корпоративных игроков», - говорит Тредуэлл, считающий, что Аляска проигрывает в этой борьбе из-за жесткой позиции занятой экологами и чрезмерной осторожности вашингтонских чиновников.
Подробности: Exxon выигрывает доступ к арктическим ресурсам в сделке с Россией
По его мнению, юридические проволочки, с которыми сталкивается Shell, пытающаяся получить разрешение на разведку нефти в море Бофорта у берегов Аляски, могут убедить энергетических гигантов в том, что им лучше будет обращаться к другим арктическим странам.
Одной из главных причин, заставивших BP заинтересоваться разведкой нефти на российском арктическом шельфе, стали судебные иски, которые ей были предъявлены в США после разлива нефти в Мексиканском заливе.
В какой-то момент нефтяные компании старательно демонстрировали внезапно охватившую их любовь к возобновляемым источникам энергии. BP даже дошла до того, что сменила имидж и приняла новый девиз - «Beyond Petroleum» («Больше чем нефть»). Однако сейчас они в первую очередь стремятся обеспечить себе гарантированные поставки нефти и газа, чтобы акционеры и трейдеры на рынке акций были довольны.
Эти намерения политических лидеров и нефтяных компаний не только лишают инвестиций сектор возобновляемых источников энергии, но и представляют значительную угрозу для экологии. В морозной Арктике, изрядную часть года погруженной в темноту, намного более трудные условия для работы, чем в других нефтедобывающих регионах.
Между тем, даже в благоприятном климате BP, при всех имеющихся у нее технологиях, три месяца боролась с разливом 200 миллионов галлонов нефти в Мексиканском заливе. В значительно менее доступной Арктике незамедлительно оказать помощь будет невозможно – притом, что опыт борьбы с разливами нефти в таких условиях пренебрежимо мал.
Экологические проблемы России
Для России характерны одновременно ужасная история разливов нефти и плохое знание природной среды и биологического разнообразия ее арктических территорий.
«Они не вкладывают средства в наблюдательные станции, позволяющие получать информацию о биологическом разнообразии или о млекопитающих. Им удобно считать Арктику чистым льдом без людей и без биологического разнообразия», - говорит консультант международной организации Wetlands International по Арктике Татьяна Минаева.
По данным WWF России, во всей российской Арктике есть только одна охраняемая морская акватория – при том, что в регионе находится некоторые из наиболее крупных на планете нетронутых экосистем.
Читайте также: Исчезающая Арктика
По словам Минаевой, многие российские нефтяные компании, используя обветшавшие советские трубопроводы и объекты инфраструктуры, никогда не объявляли о разливах нефти. Профессор Рик Стайнер (Rick Steiner), долгое время занимающийся вопросами безопасности в нефтяном секторе, полагает, что вопрос не в том, произойдет ли в Арктике крупный разлив нефти, а в том, где и когда это случится.
Некоторые из политических лидеров арктических стран пытаются убедить скептически настроенное экологическое сообщество в том, что участие в арктических проектах международных компаний, ответственных перед акционерами, должно снизить риск разливов.
Например, Тредуэлл указывает на то, что ошибки, допущенные BP в Мексиканском заливе, привели к вводу правительством США общенационального моратория на бурение на шельфе, сказавшегося на развитии Арктики, и подчеркивает, что компании также дополнительно сдерживает угроза судебных исков.
«Международное законодательство требует, чтобы международные компании работали по самым высоким стандартам. Например, когда в 1978 году в результате крушения танкера Amoco Cadiz разлившаяся нефть достигла французского побережья, суд проходил не во Франции, а в Чикаго, где находилась штаб-квартира Amoco».
Однако профессор Стайнер считает, что при любых мерах по обеспечению безопасности, бурение на арктическом шельфе будет примером того, что в теории систем называется «субоптимизацией» - выполнением наилучшим возможным образом того, что лучше было бы вообще не делать.
«Проще говоря, бурение в Северном ледовитом океане нельзя осуществлять без риска и серьезных последствий. Проблем и разливов избежать будет невозможно. Таким образом, вопрос заключается в том, хотим ли мы подвергать регион и его население таким рискам», - заметил он.
Один из немногих в стране известных борцов за охрану природы директор WWF Россия Евгений Шварц полагает, что «между благими намерениями и реальной жизнью лежит пропасть – недостаток знаний [об арктических экосистемах], технические проблемы [отсутствие проверенных техник борьбы с разливами нефти в условиях льдов], управленческие проблемы [отсутствие норм, регулирующих требования в области разведки нефти и газа и ликвидации чрезвычайных ситуаций]».
России нужно более сильное гражданское общество
Путин и российский нефтяной сектор пытались успокоить неправительственные организации и коренные народы – в частности живущих оленеводством и рыболовством саамов Кольского полуострова (северо-запад России) - риторикой о необходимости уравновесить разведку нефти защитой экологии.
Однако, по мнению Минаевой, гражданское общество в России недостаточно сильно для того, чтобы заставить нефтяную отрасль или правительство соблюдать обещания.
Даже на проходившем в прошлом месяце важнейшем Арктическом форуме экологические вопросы практически не поднимались. Делегат от Программы ООН по окружающей среде (UNEP) жаловался на то, что он чувствовал себя на обочине мероприятия. На единственную сессию, посвященную экологическим проблемам, даже не явились президент BP в России Джереми Хак (Jeremy Huck) и глава Роснефти Эдуард Худайнатов, участие которых было анонсировано.
Читайте также: Как Россия пытается и нефть в Арктике добыть, и природу сохранить
Арктика уже сталкивалась с ресурсными лихорадками. В 17-м веке такая лихорадка была связана с добычей китового жира, в 19-м веке с добычей золота. Однако до сих пор региону удавалось избежать масштабных изменений.
Новое рвение России в области арктического развития это меняет.
Прогнозы о том, что регион начнет к 2030 году освобождаться ото льда на летние месяцы, должны были бы подтолкнуть мир обуздать выбросы парниковых газов, изменение климата и зависимость от ископаемого топлива. Однако нефтяные компании, Россия и другие арктические страны, гонясь за богатствами в ущерб экологии, скорее всего, не обратят на это внимания.
Оригинал публикации: Putin’s Russia will lead a ‘new era of Arctic industrialisation’
Опубликовано: 19/10/2011 00:39
Перевод ИноСМИ.Ru
До последнего времени этот неблагоприятный климат отвращал многих от планов дальнейшего продвижения на север, несмотря на предполагаемые богатые месторождения нефти, газа и таких минералов, как никель, медь и уран.
Однако в конце прошлого месяца в Архангельске было необычно тепло, когда могущественный будущий президент России Владимир Путин прибыл в город на конференцию по Арктике, чтобы рассказать о своих планах начать новую эпоху в истории регионального развития.
Это будет подразумевать разведку и добычу нефти и газа на шельфе, создание новых морских терминалов и инфраструктуры и развитие коммерческого судоходства в освобождающихся ото льда арктических морях – то есть фактически индустриализацию Арктики и активную эксплуатацию ее ресурсов.
Если у кого-то еще оставались сомнения в том, что Россия намерена индустриализировать один из последних оставшихся в мире нетронутых регионов, речь Путина, в которой он обещал создать прибыльный судоходный маршрут между Европой и Азией, способный всерьез соперничать с Суэцким и Панамским каналами, должна была их окончательно развеять.
Однако, как понимали и участники конференции, и эксперты, в ней не участвовавшие, для Путина и российских государственных компаний важнее более доступные богатства региона - нетронутые арктические месторождения нефти и газа.
Читайте также: Российская Арктика содержит 100 миллиардов тонн нефти и газа
По оценке Геологической службы США, в Арктике находятся 22 % «неразведанных мировых запасов нефти и газа. Кроме этого, в регионе уже были разведаны топливные ресурсы (в основном нефтяные и газовые) в объеме 240 миллиардов баррелей нефтяного эквивалента. Это близко к объему разведанных углеводородных резервов Саудовской Аравии.
Российское «нефтегосударство»
Многие экологи считают, что эти ресурсы необходимо оставить в покое, чтобы защитить хрупкую природу Арктики и предотвратить дополнительный рост выбросов парникового газа.
Для Путина и России это немыслимо.
Один из первых шагов, которые предпринял Путин, когда занял в 2000 году пост президента, было упразднение Госкомитета по экологии, функции которого были переданы Министерству природных ресурсов. Позднее он заявил, что он не позволит экологам «препятствовать развитию страны».
Для России больше, чем для любой другой арктической страны – возможно, кроме Гренландии - эти новые источники ископаемого топлива выглядят как ключ к будущему процветанию страны и выживанию ее политического истеблишмента.
Будучи так называемым «нефтегосударством», эта страна серьезно зависит от доходов, которые она получает, благодаря имеющимся у нее запасам нефти и газа. 40 % ВВП России, соперничающей с Саудовской Аравии за роль мирового лидера по добыче нефти, создается за счет нефтяного экспорта. Она также считается вторым по величине экспортером газа в мире после Соединенных Штатов. Однако добыча нефти на разрабатываемых в настоящее время Россией месторождениях падает, и стране отчаянно нужны ресурсы арктического региона, чтобы поддержать нынешний уровень добычи.
«С точки зрения Кремля, для России добыча арктических ресурсов – это не выбор, а стратегическая необходимость», - пишет Чарльз Эммерсон (Charles Emmerson) в своей новой книге «Будущая история Арктики» («The future history of the Arctic»).
Читайте также: Россия и Арктика
В какой-то момент это вызывало опасения по поводу возможных конфликтов. Однако такой сценарий становится все менее и менее вероятным - сейчас западные компании лезут из кожи вон, чтобы подписать контракты на разведку нефти с российскими принадлежащими государству энергетическими компаниями.
Когда экспедиция во главе с российским исследователем Артуром Чилингаровым установила в 2007 году флаг на дне Северного ледовитого океана, многие сочли, что это может послужить началом новой конфронтации – битвы за Арктику.
Прочие арктические государства – Канада, Дания (Гренландия), Исландия, Норвегия, Россия и Соединенные Штаты (Аляска) - с ходу начали пренебрежительно отзываться о российских территориальных претензиях.
Однако требования экономики вытеснили страх перед конфликтом в духе холодной войны, и безрассудная экспедиция Чилингарова быстро превратилась во второстепенное событие на фоне нарастающего сотрудничества между арктическими странами.
Новая «золотая лихорадка» в Арктике
За последние годы был заключен ряд соглашений, которые фактически завершают для Арктики эпоху изоляции и открывают эпоху развития и индустриализации.
В сентябре 2010 года Россия и Норвегия отложили в сторону свои давние разногласия, чтобы разрешить спор о границах в Северном ледовитом океане. На следующий день после того, как парламент Норвегии одобрил соглашение между странами, норвежские компании приступили к поискам нефти на норвежской части акватории. Россия обещает начать нефтеразведку на своей части в 2012 году.
Читайте также: Арктика: от холодной войны к полюбовному разделу
После этого российская компания «Газпром», принадлежащая государству, начала сотрудничать с норвежской компанией Statoil в области разработки одного из самых крупных в мире месторождений природного газа – расположенного в российской части Арктики Штокмановского месторождения. Совсем недавно американский нефтяной гигант Exxon Mobil договорился о совместной работе с Роснефтью - еще одной российской фирмой, принадлежащей государству.
«На фоне волнений на Ближнем Востоке и закрытости для чужаков изрядной части мира, международные нефтяные компании все чаще считают неминуемым включение в свое портфолио российских активов, - считает эксперт по Арктике и писатель Чарльз Эммерсон. – Россия, в свою очередь, нуждается в иностранных технологиях и деньгах, чтобы поддерживать добычу на высоком уровне».
В результате политические лидеры не конфликтуют из-за претензий на территории, а конкурируют за возможность воспользоваться деньгами и технологиями международных гигантов.
Вице-губернатор Аляски Мид Тредуэлл (Mead Treadwell) утверждает, что сделка между Exxon Mobil и Россией стала неожиданностью для властей штата. Сейчас Россия обогнала Аляску по объемам нефти и газа, добываемых в арктическом регионе.
«Сейчас идет гонка за капитал. Все страны Арктики пытаются привлечь к бурению на своей территории одних и тех же корпоративных игроков», - говорит Тредуэлл, считающий, что Аляска проигрывает в этой борьбе из-за жесткой позиции занятой экологами и чрезмерной осторожности вашингтонских чиновников.
Подробности: Exxon выигрывает доступ к арктическим ресурсам в сделке с Россией
По его мнению, юридические проволочки, с которыми сталкивается Shell, пытающаяся получить разрешение на разведку нефти в море Бофорта у берегов Аляски, могут убедить энергетических гигантов в том, что им лучше будет обращаться к другим арктическим странам.
Одной из главных причин, заставивших BP заинтересоваться разведкой нефти на российском арктическом шельфе, стали судебные иски, которые ей были предъявлены в США после разлива нефти в Мексиканском заливе.
В какой-то момент нефтяные компании старательно демонстрировали внезапно охватившую их любовь к возобновляемым источникам энергии. BP даже дошла до того, что сменила имидж и приняла новый девиз - «Beyond Petroleum» («Больше чем нефть»). Однако сейчас они в первую очередь стремятся обеспечить себе гарантированные поставки нефти и газа, чтобы акционеры и трейдеры на рынке акций были довольны.
Эти намерения политических лидеров и нефтяных компаний не только лишают инвестиций сектор возобновляемых источников энергии, но и представляют значительную угрозу для экологии. В морозной Арктике, изрядную часть года погруженной в темноту, намного более трудные условия для работы, чем в других нефтедобывающих регионах.
Между тем, даже в благоприятном климате BP, при всех имеющихся у нее технологиях, три месяца боролась с разливом 200 миллионов галлонов нефти в Мексиканском заливе. В значительно менее доступной Арктике незамедлительно оказать помощь будет невозможно – притом, что опыт борьбы с разливами нефти в таких условиях пренебрежимо мал.
Экологические проблемы России
Для России характерны одновременно ужасная история разливов нефти и плохое знание природной среды и биологического разнообразия ее арктических территорий.
«Они не вкладывают средства в наблюдательные станции, позволяющие получать информацию о биологическом разнообразии или о млекопитающих. Им удобно считать Арктику чистым льдом без людей и без биологического разнообразия», - говорит консультант международной организации Wetlands International по Арктике Татьяна Минаева.
По данным WWF России, во всей российской Арктике есть только одна охраняемая морская акватория – при том, что в регионе находится некоторые из наиболее крупных на планете нетронутых экосистем.
Читайте также: Исчезающая Арктика
По словам Минаевой, многие российские нефтяные компании, используя обветшавшие советские трубопроводы и объекты инфраструктуры, никогда не объявляли о разливах нефти. Профессор Рик Стайнер (Rick Steiner), долгое время занимающийся вопросами безопасности в нефтяном секторе, полагает, что вопрос не в том, произойдет ли в Арктике крупный разлив нефти, а в том, где и когда это случится.
Некоторые из политических лидеров арктических стран пытаются убедить скептически настроенное экологическое сообщество в том, что участие в арктических проектах международных компаний, ответственных перед акционерами, должно снизить риск разливов.
Например, Тредуэлл указывает на то, что ошибки, допущенные BP в Мексиканском заливе, привели к вводу правительством США общенационального моратория на бурение на шельфе, сказавшегося на развитии Арктики, и подчеркивает, что компании также дополнительно сдерживает угроза судебных исков.
«Международное законодательство требует, чтобы международные компании работали по самым высоким стандартам. Например, когда в 1978 году в результате крушения танкера Amoco Cadiz разлившаяся нефть достигла французского побережья, суд проходил не во Франции, а в Чикаго, где находилась штаб-квартира Amoco».
Однако профессор Стайнер считает, что при любых мерах по обеспечению безопасности, бурение на арктическом шельфе будет примером того, что в теории систем называется «субоптимизацией» - выполнением наилучшим возможным образом того, что лучше было бы вообще не делать.
«Проще говоря, бурение в Северном ледовитом океане нельзя осуществлять без риска и серьезных последствий. Проблем и разливов избежать будет невозможно. Таким образом, вопрос заключается в том, хотим ли мы подвергать регион и его население таким рискам», - заметил он.
Один из немногих в стране известных борцов за охрану природы директор WWF Россия Евгений Шварц полагает, что «между благими намерениями и реальной жизнью лежит пропасть – недостаток знаний [об арктических экосистемах], технические проблемы [отсутствие проверенных техник борьбы с разливами нефти в условиях льдов], управленческие проблемы [отсутствие норм, регулирующих требования в области разведки нефти и газа и ликвидации чрезвычайных ситуаций]».
России нужно более сильное гражданское общество
Путин и российский нефтяной сектор пытались успокоить неправительственные организации и коренные народы – в частности живущих оленеводством и рыболовством саамов Кольского полуострова (северо-запад России) - риторикой о необходимости уравновесить разведку нефти защитой экологии.
Однако, по мнению Минаевой, гражданское общество в России недостаточно сильно для того, чтобы заставить нефтяную отрасль или правительство соблюдать обещания.
Даже на проходившем в прошлом месяце важнейшем Арктическом форуме экологические вопросы практически не поднимались. Делегат от Программы ООН по окружающей среде (UNEP) жаловался на то, что он чувствовал себя на обочине мероприятия. На единственную сессию, посвященную экологическим проблемам, даже не явились президент BP в России Джереми Хак (Jeremy Huck) и глава Роснефти Эдуард Худайнатов, участие которых было анонсировано.
Читайте также: Как Россия пытается и нефть в Арктике добыть, и природу сохранить
Арктика уже сталкивалась с ресурсными лихорадками. В 17-м веке такая лихорадка была связана с добычей китового жира, в 19-м веке с добычей золота. Однако до сих пор региону удавалось избежать масштабных изменений.
Новое рвение России в области арктического развития это меняет.
Прогнозы о том, что регион начнет к 2030 году освобождаться ото льда на летние месяцы, должны были бы подтолкнуть мир обуздать выбросы парниковых газов, изменение климата и зависимость от ископаемого топлива. Однако нефтяные компании, Россия и другие арктические страны, гонясь за богатствами в ущерб экологии, скорее всего, не обратят на это внимания.
Оригинал публикации: Putin’s Russia will lead a ‘new era of Arctic industrialisation’
Опубликовано: 19/10/2011 00:39
Перевод ИноСМИ.Ru
Ссылка #9 12 апреля 2012 - 20:25
Правительство отменит экспортную пошлину по новым шельфовым проектам
Смотрите оригинал материала на http://www.interfax....s.asp?id=240768
Смотрите оригинал материала на http://www.interfax....s.asp?id=240768
